Навигация
Последние новости:



Опрос
Ваше любимое произведение Михаила Зощенка
Аристократка
Иностранцы
Честный гражданин
Перед восходом солнца
Великосветская история
Архив сайта
Рекомендуем

Показать все

Посещаймость
6. ЕЩЕ БОЛЕЕ НЕУТЕШИТЕЛЬНЫЕ КАРТИНЫ
Тогда, думая, что эти наблюдения, как  бы сказать, чисто случайные, что
эти  наблюдения производились  над людьми,  здоровье и нервные силы  которых
подорваны многими и различными потрясениями - войной, революцией и всем, так
сказать, своеобразием  нашего  быта,-  автор  тогда,  не доверяя  виденному,
обернулся  назад  и  нарочно   прочел  биографии  и  описания  жизней   всех
сколько-нибудь известных и знаменитых людей прежних эпох и столетий *.
* Автор предпочел бы прочесть  биографии обыкновенных, невеликих людей,
но история,  к сожалению, не имеет другого материала. Впрочем, в этом смысле
наша параллель  и сравнение до некоторой степени будут правильны. Люди нашей
революционной эпохи иной раз тратят нервную силу не  в меньшей степени,  чем
тратили ее так называемые великие люди.
И нет. Еще более неутешительные картины раскрылись перед автором.
Еще более  бурное увядание,  еще более сложные и  непостижимые болезни,
еще  более ужасную меланхолию, хандру, разочарование,  презрение к людям (I)
*, ипохондрию  и  еще более раннюю смерть  можно  было видеть на  этом,  так
сказать, великом интеллигентском фронте.
*) Римские цифры здесь  и в дальнейшем  указывают на то,  что к данному
тексту  имеются комментарии в конце книги. Однако для  удобства чтения автор
советует  читать  повесть,  не  обращаясь  к  комментариям.  При  чтении  же
комментариев следует посмотреть, к какому именно тексту они относятся.
Большой черный список можно составить  из этих  рано  погибших  великих
людей (II).
Одни  умирали, едва достигнув зрелого возраста,  другие едва дотягивали
до сорока лет, третьи, перешагнув сорокалетний возраст, влачили тем не менее
жалкое существование и все равно как бы погибали для общества.
Они  бросали  свою  славную  работу  (III),  они целые  дни валялись на
оттоманках в  рваных войлочных туфлях, курили трубки,  грустили, бранились с
женами, плакали и  ныли, писали, скуки ради и чтоб забыться, свои  мемуары о
своей   прекрасной   героической   молодости  или  сочиняли  богословские  и
религиозные  трактаты,  поскольку  для   этой  мелкой   цели  не   требуется
вдохновения (IV)  и полного  бурного  творческого здоровья, подъема  и  того
физического благополучия, которое было в молодости (V).
Тогда, думая, что эти наблюдения, как  бы сказать, чисто случайные, чтоэти  наблюдения производились  над людьми,  здоровье и нервные силы  которыхподорваны многими и различными потрясениями - войной, революцией и всем, таксказать, своеобразием  нашего  быта,-  автор  тогда,  не доверяя  виденному,обернулся  назад  и  нарочно   прочел биографии  и  описания  жизней   всехсколько-нибудь известных и знаменитых людей прежних эпох и столетий *.* Автор предпочел бы прочесть  биографии обыкновенных, невеликих людей,но история,  к сожалению, не имеет другого материала. Впрочем, в этом смысленаша параллель  и сравнение до некоторой степени будут правильны. Люди нашейреволюционной эпохи иной раз тратят нервную силу не  в меньшей степени,  чемтратили ее так называемые великие люди.И нет. Еще более неутешительные картины раскрылись перед автором.
Еще более  бурное увядание,  еще более сложные и  непостижимые болезни,еще  более ужасную меланхолию, хандру, разочарование,  презрение к людям (I)*, ипохондрию  и  еще более раннюю смерть  можно  было видеть на  этом,  таксказать, великом интеллигентском фронте.*) Римские цифры здесь  и в дальнейшем  указывают на то,  что к данномутексту имеются комментарии в конце книги. Однако для  удобства чтения авторсоветует  читать  повесть,  не  обращаясь  к  комментариям.  
При  чтении  жекомментариев следует посмотреть, к какому именно тексту они относятся.Большой черный список можно составить  из этих  рано  погибших  великихлюдей (II).Одни умирали, едва достигнув зрелого возраста,  другие едва дотягивалидо сорока лет, третьи, перешагнув сорокалетний возраст, влачили тем не менеежалкое существование и все равно как бы погибали для общества.
Они  бросали  свою  славную  работу  (III),  они целые  дни валялись наоттоманках в  рваных войлочных туфлях, курили трубки,  грустили, бранились сженами, плакали и  ныли, писали, скуки ради и чтоб забыться, свои  мемуары освоей   прекрасной   героической   молодости  или  сочиняли  богословские  ирелигиозные трактаты,  поскольку  для   этой мелкой цели  не   требуетсявдохновения (IV)  и полного  бурного  творческого здоровья, подъема  и  тогофизического благополучия, которое было в молодости (V).