Навигация
Последние новости:



Опрос
Ваше любимое произведение Михаила Зощенка
Аристократка
Иностранцы
Честный гражданин
Перед восходом солнца
Великосветская история
Архив сайта
Рекомендуем

Показать все

Посещаймость
ПРЕДЛОЖЕНИЕ
Я прохожу по вагонам. В руках у меня щипчики для пробивания железнодорожных билетов. 
Мои щипчики высекают полумесяц. 
Шикарная ветка Кисловодск — Минеральные Воды обслуживается летом студентами. И вот почему я здесь, на Кавказе. Я приехал сюда на заработок. 
Кисловодск. Я выхожу на платформу. У дверей вокзала огромный жандарм, с медалями на груди. Он застыл, как монумент. 
Вежливо кланяясь и улыбаясь, подходит ко мне кассир. 
— Коллега,— говорит он мне (хотя он не студент),— на пару слов... В другой раз вы не пробивайте щипчиками билеты, а возвращайте мне... 
Эти слова он произносит спокойно, улыбаясь, как будто речь идет о погоде. Я растерянно бормочу: 
— Зачем?.. Для того чтоб вы их... еще раз про- дали?.. 
— Ну да... У меня уже есть договоренность почти со всеми вашими... Доход пополам... 
— Мерзавец!.. Вы врете!— бормочу я.— Со всеми? 
Кассир пожимает плечами. 
— Ну, не со всеми,— говорит он,— но... со многими... А что вас так удивляет? Все так делают... Да разве мог бы я жить на тридцать шесть рублей... Я даже не считаю это преступлением. Нас толкают на это... 
Резко повернувшись, я ухожу. Кассир догоняет меня. 
— Коллега,— говорит он,— если не хотите — не надо, я не настаиваю... Только не вздумайте кому-нибудь об этом рассказать. Во-первых — никто не поверит. Во-вторых—доказать нельзя. В-третьих—прослывете лжецом, склочником... 
Я медленно бреду к дому... Идет дождь... 
Я удивлен больше, чем когда-либо в жизни. 
Мои щипчики высекают полумесяц. 
Шикарная ветка Кисловодск — Минеральные Воды обслуживается летом студентами. И вот почему я здесь, на Кавказе. Я приехал сюда на заработок. 
Кисловодск. Я выхожу на платформу. У дверей вокзала огромный жандарм, с медалями на груди. Он застыл, как монумент. 
Вежливо кланяясь и улыбаясь, подходит ко мне кассир. 
— Коллега,— говорит он мне (хотя он не студент),— на пару слов... В другой раз вы не пробивайте щипчиками билеты, а возвращайте мне... 
Эти слова он произносит спокойно, улыбаясь, как будто речь идет о погоде. Я растерянно бормочу: 
— Зачем?.. Для того чтоб вы их... еще раз про- дали?.. 
— Ну да... У меня уже есть договоренность почти со всеми вашими... Доход пополам... 
— Мерзавец!.. Вы врете!— бормочу я.— Со всеми? 
Кассир пожимает плечами. 
— Ну, не со всеми,— говорит он,— но... со многими... А что вас так удивляет? Все так делают... Да разве мог бы я жить на тридцать шесть рублей... Я даже не считаю это преступлением. Нас толкают на это... 
Резко повернувшись, я ухожу. Кассир догоняет меня. 
— Коллега,— говорит он,— если не хотите — не надо, я не настаиваю... Только не вздумайте кому-нибудь об этом рассказать. Во-первых — никто не поверит. Во-вторых—доказать нельзя. В-третьих—прослывете лжецом, склочником... 
Я медленно бреду к дому... Идет дождь... 
Я удивлен больше, чем когда-либо в жизни.