Навигация
Последние новости:



Опрос
Ваше любимое произведение Михаила Зощенка
Аристократка
Иностранцы
Честный гражданин
Перед восходом солнца
Великосветская история
Архив сайта
Рекомендуем

Показать все

Посещаймость
БЕСПОКОЙНЫЙ СТАРИЧОК
У нас в Ленинграде один старичок заснул летаргическим сном.
Год назад он, знаете, захворал куриной слепотой. Но потом поправился. И
даже выходил на кухню ругаться с жильцами по культурным вопросам.
А недавно он взял и неожиданно заснул.
Вот он ночью заснул летаргическим  сном. Утром просыпается и видит, что
с ним
чего-то  такое неладное. То есть,  вернее, родственники  его видят, что
лежит бездыханное тело и никаких признаков жизни не  дает. И пульс у него не
бьется, и грудка не вздымается,
и  пар  от  дыхания   не  садится  на  зеркальце,  если  это  последнее
приподнести к ротику.
Тут, конечно,  все соображают, что старичок  тихо себе  скончался,  и,
конечно, поскорей делают разные распоряжения.
Они торопливо  делают распоряжения, поскольку они всей  семьей  живут в
одной  небольшой комнате.  И кругом--коммунальная квартира. И  старичка даже
поставить,  извините,  некуда,--  до  того  тесно.  Тут   поневоле   начнешь
торопиться.
А надо   сказать,  что  этот   заснувший   старикан   жил  со  своими
родственниками.  Значит,  муж,  жена,  ребенок и няня. И  вдобавок  он,  так
сказать, отец, или, проще сказать, папа  его  жены, то есть ее  папа. Бывший
трудящийся. Все, как полагается. На пенсии.
И нянька -- девчонка  шестнадцати  лет,  принятая на службу на  подмогу
этой семье, поскольку оба--два -- муж  и жена, то есть дочь  ее  папы,  или,
проще сказать, отца -- служат на производстве.
Вот они служат и, значит,  под утро видят такое грустное  недоразумение
У нас в Ленинграде один старичок заснул летаргическим сном.Год назад он, знаете, захворал куриной слепотой. Но потом поправился. Идаже выходил на кухню ругаться с жильцами по культурным вопросам.А недавно он взял и неожиданно заснул.Вот он ночью заснул летаргическим  сном. Утром просыпается и видит, чтос нимчего-то  такое неладное. То есть,  вернее, родственники  его видят, чтолежит бездыханное тело и никаких признаков жизни не  дает. И пульс у него небьется, и грудка не вздымается,и  пар  от  дыхания   не  садится  на  зеркальце,  если  это  последнееприподнести к ротику.Тут, конечно,  все соображают, что старичок  тихо себе  скончался,  и,конечно, поскорей делают разные распоряжения.Они торопливо  делают распоряжения, поскольку они всей  семьей  живут водной  небольшой комнате.  И кругом--коммунальная квартира. И  старичка дажепоставить,  извините,  некуда,--  до  того  тесно.  Тут   поневоле   начнешьторопиться.А надо   сказать,  что  этот   заснувший   старикан   жил  со  своимиродственниками.  Значит,  муж,  жена,  ребенок и няня. И  вдобавок  он,  таксказать, отец, или, проще сказать, папа  его  жены, то есть ее  папа. Бывшийтрудящийся. Все, как полагается. На пенсии.И нянька -- девчонка  шестнадцати  лет,  принятая на службу на  подмогуэтой семье, поскольку оба--два -- муж  и жена, то есть дочь  ее  папы,  или,проще сказать, отца -- служат на производстве.Вот они служат и, значит,  под утро видят такое грустное  недоразумение -- папа скончался.
Ну, конечно,  огорчение,  расстройство  чувств:  поскольку   небольшая комнатка и тут же лишний элемент. Вот этот  лишний  элемент  лежит   теперь  в  комнате,  лежит   этакий
чистенький, миленький старичок, интересный старичок,  не  могущий  думать  о квартирных  делах,  уплотнениях  и дрязгах. Он лежит свеженький, как увядшая незабудка, как скушанное крымское яблочко. Он лежит и ничего не знает, и ничего не хочет, и только требует до себя последнего внимания. Он  требует, чтоб его поскорей во что-нибудь одели, отдали бы последнее "прости" и поскорей бы где-нибудь захоронили.
Он требует, чтоб это было поскорей,  поскольку все-таки одна небольшая комната и вообще стеснение.
И поскольку ребенок вякает. И  нянька пугается жить в одной  комнате  с умершими  людьми. Ну, глупая  девчонка, которой охота все время жить,  и она думает, что жизнь бесконечна. Она пугается видеть трупы. Она -- дура. Муж, этот глава семьи, бежит тогда поскорей  в районное бюро похоронных процессий. И вскоре оттуда возвращается.
--  Ну,-- говорит,-- все в порядке. Только маленько с лошадьми зацепка. Колесницу,  говорит, хоть сейчас  дают, а лошадей  раньше, как через  четыре дня, не обещают.
Жена говорит:
--  Я  так  и  знала. Ты,  говорит, с  моим  отцом  завсегда  при жизни царапался и теперь не можешь  ему сделать одолжения -- не  можешь ему лошадь достать.
Муж говорит:
--  А  идите  к черту!  Я  не верховой,  я лошадьми  не  заведую.  Я,-- говорит,-- и сам не рад дожидаться  столько времени. Очень,-- говорит,-- мне глубокий интерес все время твоего папу видеть.
Тут  происходят  разные семейные сцены.  Ребенок,  не  привыкший видеть неживых людей, пугается и орет благим матом. И  нянька  отказывается  служить  этой  семье, в  комнате которой живет покойник.
Но  ее  уговаривают  не   бросать  профессию  и  обещают  ей   поскорей ликвидировать смерть. Тогда сама мадам, уставшая от этих  делов, поспешает в  бюро, но вскоре
возвращается оттуда бледная, как полотно.
-- Лошадей,-- говорит,--обещают  через неделю.  Если  б мой  муж,  этот дурак,  оставшийся в живых, записался, когда  ходил, тогда через три дня.  А сейчас   мы  уже  шестнадцатые   на   очереди.   А   коляску,--   говорит,-- действительно, хоть сейчас дают.
И  сама одевает поскорей своего ребенка, берет орущую  няньку и в таком виде едет в Сестрорецк -- пожить у своих знакомых.
--  Мне,--говорит,--  ребенок  дороже. Я  не  могу  ему  с детских  лет показывать такие туманные картины. А ты как хочешь, так и делай.
Муж говорит:
-- Я,--  говорит,--  тоже  с ним не  останусь.  Как хотите. Это не  мой старик. Я,--  говорит,--  его при жизни не особенно долюбливал, а  сейчас,-- говорит,-- мне в особенности противно с ним вместе жить. Или,-- говорит,-- я его в  коридор поставлю, или я  к  своему брату  перееду.  А  он пущай  тут дожидается лошадей!
Вот семья уезжает в Сестрорецк, а муж, этот глава семьи, бежит к своему брату. Но у брата в это  время всей семьей происходит дифтерит, и его  нипочем не хотят пускать в комнату. Вот  тогда  он  вернулся назад,  положил  заснувшего старичка на  узкий ломберный столик  и поставил это сооружение в  коридор  около ванной.  И сам закрылся в своей комнате и ни на какие  стуки и выкрики соседей не отвечал в течение двух дней. Тут  происходит  в  коммунальной  квартире сплошная  ерунда,  волынка и неразбериха.
Жильцы поднимают шум и вой. Женщины и дети перестают ходить  куда бы ни было, говорят, что они не могут проходить без того, чтобы не испугаться. Тогда  мужчины  нарасхват  берут это  сооружение  и  переставляют его в переднюю, что вызывает панику и замешательство у входящих в квартиру. Заведующий кооперативом,  живущий в угловой комнате, заявил, что к нему почему-то часто ходят знакомые женщины и он не может рисковать ихним нервным здоровьем. Спешно вызвали домоуправление, которое никакой рационализации не внесло в это дело. Было сделано предложение поставить это сооружение во двор. Но управдом решительно заявил:
-- Это,--  говорит,-- может  вызвать  нездоровое  замешательство  среди жильцов, оставшихся в живых, и, главное, невзнос квартирной платы, которая и без того задерживается, как правило, по полгода.
Тогда  стали  раздаваться крики и  угрозы по адресу владельца старичка, который закрылся в своей комнате и сжигал теперь разные стариковские ошметки и оставшееся ерундовое имущество.
Решено было силой открыть дверь и водворить это сооружение в комнату. Стали кричать и двигать стол,  после чего покойник тихонько вздохнул  и начал шевелиться. После небольшой  паники  и  замешательства  жильцы  освоились с  новой ситуацией. Они с новой  силой  ринулись к комнате.  Они  начали стучать в  дверь и кричать, что старик жив и просится в комнату.
Однако запершийся долгое время не отвечал. И только через час сказал:
--  Бросьте свои  арапские штучки.  Знаю,-- вы  меня  на  плешь  хотите поймать.
После   долгих  переговоров   владелец  старика  попросил,  чтобы  этот последний подал свой голос. Старик, не отличавшийся фантазией, сказал тонким голосом:
-- Хо-хо...
Этот поданный голос запершийся все равно не признал за настоящий. Наконец, он стал глядеть в замочную скважину,  предварительно  попросив поставить старика напротив.
Поставленного  старика  он  долгое время  не хотел признать за  живого, говоря, что жильцы нарочно шевелят ему руки и ноги. Старик, выведенный из себя, начал  буянить и беспощадно  ругаться,  как бывало  при жизни,  после  чего дверь  открылась, и старик  был торжественно водворен в комнату. Побранившись со своим родственником  о том, о сем, оживший старик вдруг заметил,  что имущество его  исчезло  и  частично  тлеет  в  печке.  И  нету раскидной кровати, на которой он только что изволил помереть.
Тогда старик, по  собственному почину, со всем  нахальством,  присущим этому возрасту, лег  на  общую кровать  и велел подать ему кушать.  Он стал кушать и пить молоко, говоря, что он не посмотрит, что его это родственники, а подаст на них в суд за расхищение имущества. Вскоре  прибыла  из  Сестрорецка  его  жена,  то  есть его  дочь, этого
умершего папы. Были  крики  радости  и  испуга.  Молодой  ребенок,  не  вдававшийся  в подробности биологии, довольно терпимо отнесся к воскрешению. Но нянька, эта шестнадцатилетняя  дура, вновь  стала  проявлять признаки нежелания  служить этой семье, у которой то и дело -- то умирают, то вновь воскресают люди.
На девятый день приехала белая колесница с факелами, запряженная в одну черную лошадь с наглазниками.
Муж, этот  глава семьи,  нервно глядевший в  окно, первый  увидел  это прибытие.
Он говорит:
-- Вот, папаня, наконец, за вами приехали лошади.
Старик начал плеваться и говорить, что он больше никуда не поедет. Он открыл форточку и начал плевать на улицу, крича слабым голосом, чтоб кучер уезжал поскорей и не мозолил бы глаза живым людям. Кучер в  белом  сюртуке  и  в желтом  цилиндре,  не  дождавшись выноса, поднялся наверх и начал грубо ругаться,  требуя, чтоб ему, наконец, дали то, за чем  он приехал, и  не  заставляли  бы его дожидаться на сырой улице.  Он говорит:
-- Я не понимаю низкий уровень живущих в этом доме. Всем  известно, что лошади остро дефицитные.  И  зря вызывать  их  --  этим  можно  окончательно расстроить и  погубить транспорт. Нет,-- говорит,--  я в этот дом больше  не ездок.
Собравшиеся жильцы, совместно с  ожившим старичком, выпихнули кучера на площадку и ссыпали его с лестницы вместе с сюртуком и цилиндром.
Кучер  долго  не хотел отъезжать от  дома, требуя,  чтоб ему  в крайнем случае подписали какую-то путевку. Оживший старик плевался в форточку и кулаком грозил кучеру, с которым у них завязалась острая перебранка. Наконец кучер, охрипнув  от крика,  утомленный и побитый, уехал,  после чего жизнь потекла своим чередом. На  четырнадцатый  день  старичок, простудившись  у раскрытой форточки, захворал и вскоре помер уже по--настоящему. Сначала никто этому  не поверил, думая,  что старик по--прежнему валяет
дурака, но вызванный  врач успокоил  всех, говоря, что на  этот раз все без обмана. Тут произошла  совершенная паника  и замешательство  среди  живущих  в коммунальной квартире. Многие жильцы, замкнув свои комнаты, временно выехали кто куда. Жена, то есть,  проще сказать, дочь ее папы, пугаясь  заходить в  бюро, снова уехала в Сестрорецк с ребенком и ревущей нянькой.
Муж, этот глава  семьи, хотел было устроиться в дом  отдыха, но на этот раз колесница неожиданно прибыла на второй день. В общем,  тут  была,  как  оказалось,  некоторая  нечеткость  работы с колесницами, временное затруднение, а не постоянное запаздывание.
И теперь, говорят, они исправили все свои  похоронные недочеты и подают так, что прямо -- красота. Лучше не надо.
1933