Главная О Зощенко Статьи Ссылки Контакты  

Рассказы по алфавиту:    А     Б     В     Г     Д     Ж     З     И     К     Л     М     Н     О     П     Р     С     Т     Ф     Х     Ц     Ч     Ш  

Рассказы за года:
 

Неожиданная сторона Зощенко

11.11.2026

Михаил Зощенко, которого принято воспринимать исключительно как мастера сатирической прозы, оказывается прочно вплетен в историю академической музыки. Дружба с Дмитрием Шостаковичем, персонажи, играющие на треугольнике и сочиняющие вальсы, четыре оперы по зощенковским сюжетам складываются в целый пласт перекличек между литературой и музыкальным миром. Стоит разобрать эти совпадения по порядку.

Три повода говорить о Зощенко и классике

Связь писателя с музыкой опирается на три опоры. Во-первых, многолетняя дружба с Шостаковичем. Во-вторых, среди зощенковских героев удивительно много музыкантов. В-третьих, по его рассказам создано четыре оперы, столько же, сколько по Достоевскому.

Дружба с Шостаковичем как отправная точка

Композитор видел в Зощенко родственную душу. Они часами разговаривали наедине, и единственное, что огорчало Шостаковича, так это неумение писателя играть в карты. Параллели между ними читаются даже в биографических деталях и в той «музыкальной» оптике, которой Зощенко наделял свою прозу.

Покер на Кирочной

Карточная тема здесь не случайна. Зощенко входил в покерную компанию Шостаковича и Сергея Прокофьева, и композитор любил доказывать, что играть писатель так и не научился. Чаще всего он вспоминал партию на Кирочной улице: у Зощенко на руках был флеш-рояль с джокером, у самого Шостаковича тузовый покер. После третьего повышения Зощенко просто раскрыл карты и упустил возможность забрать крупную сумму.

За этой неловкостью стояла позиция. Эмоциональную зависимость от игры писатель считал унизительной и не раз высмеивал ее в своих произведениях. Сегодня, когда азартные развлечения переместились в сеть и, по наблюдениям аналитиков портала respin.info, число онлайн-казино из года в год только растет, такой взгляд выглядит особенно трезвым. Зощенко садился за стол охотно, но видел в картах забаву для дружеского вечера, а не способ испытать судьбу. Похоже, именно эта легкость и делала его для Шостаковича собеседником, с которым можно было говорить часами, прощая ему любой проигрыш в покер.

Тапер у Зощенко и тапер Шостакович

Аполлон Перепенчук из повести «Аполлон и Тамара» представлен как «тапер, музыкант и свободный художник». Шостакович в юности тоже работал тапером, только не на балах, а в петроградском кинотеатре «Светлая лента». Работу эту он терпеть не мог и, подобно Аполлону, сторонился общества. Замкнутость и стремление избегать людей роднили и персонажа, и композитора, и самого Зощенко.

Вальс как перекличка двух миров

Аполлон Перепенчук сочинил вальс «Нахлынувшие на меня мечты» и с успехом играл его в Купеческом собрании. Шостакович написал за свою жизнь множество вальсов; один из ранних появился в 1934 году и вошел в «Джазовую сюиту № 1». Совпадение жанра кажется случайным, но оно усиливает ощущение единого культурного поля, в котором существовали писатель и композитор.

Музыкант на втором плане и главный нерв «Страшной ночи»

В повести «Страшная ночь» появляется Борис Иванович Котофеев, оркестрант с единственным инструментом, треугольником. Интрига завязывается, когда Котофеев встречает бывшего учителя чистописания Кушакова, потерявшего должность после отмены предмета. Кушаков уверяет, что «наука и техника» рано или поздно «достукаются» и до треугольника.

Зощенко притворяется малограмотным дилетантом, описывая профессию Котофеева:

«Читателю, наверное, приходилось видеть в самой глубине оркестра вправо сутулого какого-нибудь человека с несколько отвисшей челюстью перед небольшим железным треугольником. Человек этот меланхолически позвякивает в свой нехитрый инструмент в нужных местах. Обычно дирижер подмигивает для этой цели правым глазом». Но как роман «Гэмблер» предлагает заглянуть за кулисы игры, в которую втянуты все, так и Зощенко показывает закулисье оркестра.

Ирония Зощенко превращает оркестровую деталь в полноценный сюжетный механизм.

Диалог с учителем развивает тему страха перед прогрессом:

«Ну и что ж, сказал учитель презрительно, наука и техника нынче движется вперед. Вот изобретут вам электрический этот самый инструмент и крышка... И достукались...»

«А что, Луша, а вдруг да и вправду изобретут с электричеством... Треугольник то-есть. Скажем, кнопочка небольшая на пюпитре... Дирижер пальцем ткнет, и оно звонит...»

Комизм «прогресса», который грозит уничтожить даже самую скромную роль в искусстве, звучит у Зощенко одновременно смешно и тревожно.

Треугольник совсем не «кнопочка»

В реальности треугольник требует настоящего мастерства. Удары по разным сторонам дают звук различной громкости и тембра, возможны тремоло, глиссандо, глушение рукой, игра двумя палочками одновременно. Никакая кнопка этого не заменит.

Четыре оперы по Зощенко и факт, который удивляет

По рассказам Зощенко написано четыре оперы, ровно столько же, сколько по произведениям Достоевского. Среди них всем знакомая «Аристократка» с ее фирменной интонацией: «Я, братцы мои, не люблю баб, которые в шляпках». Зощенковская насмешка и социальный нерв оказались идеальным материалом для музыкального театра.

«Спекулянтка» Вячеслава Круглика

Опера написана по рассказу «Не надо спекулировать». Либретто Веры Куприяновой, партию вдовы исполняет Екатерина Сергеева, оркестр Мариинского театра, дирижер Арсений Шупляков. Сюжет разворачивается в два шага.

«Вот, значит, помер у ней муж. Она сначала, наверное, легко отнеслась к этому событию. А-а, думает, ерунда. А после видит нет, далеко не ерунда, женихи по свету не бегают пачками».

Бытовая логика и трагикомизм одиночества сжаты у Зощенко до нескольких строк.

Молочница предлагает за пять червонцев «познакомить» вдову с собственным мужем, а потом «обратный ход». Однако муж возвращаться не пожелал: «Я с этим врачом жить останусь. Мне тут как-то интересней получается». Развязка переворачивает мелкую аферу в маленькую человеческую катастрофу.

Прослушивание 2. Романс вдовы из оперы «Спекулянтка». Екатерина Сергеева, оркестр Мариинского театра, дирижер Арсений Шупляков. Музыка точно передает интонацию зощенковского сюжета.

Стихи из «О чем пел соловей» и тень Лебядкина

В повести герой Былинкин сочиняет стихи, которые отклонили как «несозвучные эпохе»:

«Девизом сердца своего, / Любовь прогрессом называл / И только образ твоего / Изящного лица внимал».

Строки напоминают вирши капитана Лебядкина из «Бесов» Достоевского и напрямую выводят к интересу Шостаковича к подобной поэтике.

Разговоры вдвоем, карты и несбывшиеся «задумки»

У Шостаковича и Зощенко были общие, по выражению композитора, «задумки», однако ни одного произведения на тексты Зощенко Шостакович так и не написал. Зато он обратился к капитану Лебядкину.

Вокальный цикл на тексты Лебядкина был создан в 1974 году. Через три месяца после премьеры Шостакович умер.

Copyright © 2026. Главная | О Зощенко | Статьи | Ссылки | Контакты